ВХОД

РЕГИСТРАЦИЯ

ВХОД

РЕГИСТРАЦИЯ

Просвещение против пропаганды

Оглавление

Введение

Очень часто книги, посвященные манипуляциям и направленные против пропаганды, сами содержат в себе манипуляции. Как же быть  в этом случае, как избежать ловушек и негативного стороннего воздействия?

Фрагмент стелы с Законами Хаммурапи. Фото из Википедии

Власть всегда старалась использовать все доступные каналы влияния на своих граждан. Исторически возможно проследить зарождение пропаганды как явления, как обоснование для народа проведения определенных действий. Уже с ХVIII века до н.э. в Свод Законов Хаммурапи была включена преамбула, провозгласившая, что  законы древней Месопотамии стоят на страже справедливости и служат для защиты бедных слоев населения, хотя фактически законы были на стороне  власть придержащих классов.

Бюст Григория XV Фото из Википедии

Само слово «пропаганда» появилось почти на 3000 лет позже – так называлась созданная папой Григорием XV Конгрегация распространения веры – Congregatio de Propaganda Fide.

Однако, до XIX века понятие пропаганды соотносилось, в основном, с распространением религии. В городах существовало самоуправление, профессиональные гильдии и люди не нуждались в указаниях сверху по формированию общин.

Ситуация начала меняться, когда стали появляться политические партии. С возникновением публичной политики в ней начинают принимать участие все большее количество мужчин, а с начала ХХ века на политическую арену выходят и женщины суфражистки.

Появление избирательного права,  выборности отдельных институтов власти, публичности отдельных организаций и политических деятелей, продиктовало возникновение потребности влиять на отдельные группы населения.

На службу государственного аппарата пропаганда, как новая эффективная технология по целенаправленному распространению определенных идей и правил, внедрялась по мере выстраивания вертикали власти и зарождения бюрократии. Окончательно пропаганда сформировалась как средство управления массами во время Первой Мировой войны, когда стояла задача поднятия патриотического и боевого духа для мобилизации населения в воюющую армию.

Хотя ежедневные газеты появились еще в  ХVII веке, их политическая роль в значительной степени усилилась только в XX веке. В 20-х годах в дополнение к периодическим газетным изданиям появилось радиовещание, которое в кратчайшие сроки стало мощнейшим фактором донесения информации и воздействия на умонастроение населения. Известна фраза Геббельса о том, что без радио они бы не пришли к власти так успешно и быстро.

Таким образом в начале ХХ века сложились три главные предпосылки для успешного развития пропаганды:

  1. Избирательное право;
  2. Публичная политика;
  3. Технические средства распространения информации – радио и газеты.

С 50-х годов активно стало развиваться телевидение. И только буквально последние 10 лет телевидение стало испытывать серьезную конкуренцию со стороны интернета.

В начале ХХ века в США развернулась серьезная дискуссия между американским журналистом и автором концепции общественного мнения  Уолтером Липпманом (1889 – 1974) с одной стороны и  крупнейшим американским философом, представителем прагматизма  Джоном Дьюи (1859 – 1952) – с другой.

Предметом дискуссии был вопрос о способах организации управления большинством в связи с тем, что это самое большинство оказалось допущенным к избирательным урнам.

Концепция Уолтера Липпмана

Уолтер Липпман фото из Википедии

 

Уолтер Липпман утверждал, что у граждан нет ни интересов, ни знаний, им свойственно невежество, апатия и предрассудки, а также у них наблюдается недостаток способности мыслить и действовать. Поэтому, в соответствии с идеями Липпмана, в демократии большинству отводится роль зрителей. Граждане только периодически отдают свои голоса избираемым ответственным людям, а потом возвращаются к своему маленькому частному миру, со своим домиком, садиком и двориком.

Идея Липпмана родилась не на пустом месте. Еще в XVIII веке король Пруссии Фридрих Великий (1712-1786) говорил, что просвещение – не для всех, а только для небольших групп ответственных людей.

Согласно Липпману – большинство опасно, как спящий зверь и поэтому с ним надо быть очень аккуратным и осторожным.

Будучи платоником, Уолтер Липпман, аргументируя свою концепцию, использует миф Платона о пещере, метафорически представляющей из себя чувственный мир, в котором находится человек. Живущие внутри пещеры люди, полагаясь исключительно на свои органы чувств, уверены, что познают реальность. Тем не менее, на поверку, жизнь для них  — не более чем иллюзия. Истинный мир – мир  идей – для них закрыт, и они могут лишь составлять свое представление о нем, созерцая смутные тени на стенах пещеры.

В соответствии с идеей Липпмана, людей не надо выводить из пещеры. Наоборот, необходимо прилагать все силы, чтоб удерживать их там, помогая им складывать мировоззрение с опорой на тени, наблюдаемые на стенах пещеры. Люди, со слов Липпмана, должны жить, принимая иллюзию за реальность, и оставаться  в совершенном неведении относительно происходящего в действительности.

Кратко подход Уолтера Липпмана описывается несколькими словами – «Демократия – это  великая иллюзия». С его практическими рассуждениями можно ознакомится  в книгах, переведенных на русский: «Общественное мнение» и «Публичная философия». В них он рассуждает о том, что удержать зверя в повиновении можно только поддерживая его пребывание в состоянии сладких грез. Проводниками этих грез являются:

  1. СМИ, которые формируют в сознании граждан картинку, воспринимаемую ими за реальность. Именно СМИ проецируют на стену в пещере те самые тени, которые Альберт Гор в книге «Атака на разум» называет «демократическим кино».
  2. Сообщество интеллектуалов (think tank), которые пишут книги, публично выступают и создают прекрасный образ этого мира.
  3. Элиты, которые управляют государствами. Обязанность большинства раз в несколько лет поддерживать власть элит.

Формирование общественного мнения

В формировании общественного мнения можно выделить три важнейших инструментальных компонента:

Public relations

Томас Джефферсон

Впервые термин пиар (PR – public relations) был использован в начале ХIХ века третьим американским президентом Томасом Джефферсоном в его обращении к конгрессу. Под пиаром Джефферсон понимал систему мероприятий, осуществляемую политическими институтами по обеспечению доверия народа к правительству.

Однако, до конца ХIХ века пиар был, скорее, фоном и общим правилом, чем целенаправленной специальной деятельностью по манипуляции сознанием.

Лишь в начале ХХ века пиар начинает профессионализироваться и появляются отдельные специалисты, которые целенаправленно используют технологии по формированию общественного мнения.

 

 

Айви Ли

Айви Ли
фото из Википедии

В 1914 г. в Колорадо прошли массовые протесты шахтеров. При разгоне забастовки, получившем за свою жесткость название Бойни в Ладлоу, погибли люди. Владелец шахт Джон Рокфеллер (1839 – 1937) был обеспокоен падением репутации и обратился за помощью к журналисту Айви Ли (1877-1934).

Организованные Ли публичные встречи Рокфеллера с шахтерами и последующая серия публикаций в газетах сделала Рокфеллера не только другом шахтеров, но и, практически, национальным героем в глазах общественности. Как потом признавал сам Рокфеллер, использование методов пиар для решения кризисной ситуации, в которой оказался он и его компания, произвело на него глубочайшее впечатление.

С этой истории начинается победоносное шествие пиар технологий по формированию общественного мнения.

Эдвард Бернейс

Эдвард Бернейс фото из Wikipedia

Говоря о пиаре, необходимо сказать об одном из пионеров в области связей с общественностью – Эдварде Бернейсе (1891 – 1995), американце австрийского происхождения и племяннике Зигмунда Фрейда. Бернейс получил образование в Вене и, будучи психологом и социологом,  внимательно изучал концепцию психологии масс Гюстава Лебона (1841-1931) написавшего в конце ХIХ  века фундаментальные труды “Психология народов” и “Психология масс”, которые легли в основу и, во многом, определили сегодняшнее развитие социальной психологии и других социальных наук, в том числе и политтехнологий.

Опираясь на работы Лебона, Эдвард Бернейс привнес в технологии манипуляции общественным мнением научный подход, о чем в 1928 году написал в книге «Пропаганда», описав методы управления коллективным сознанием.

Бернейс был не только ученым и исследователем, он активно применял свои знания на практике. Благодаря ему, например, в сознании американцев прочно утвердился тот факт, что яичница с беконом – это традиционный американский вариант завтрака. Однако подлинную известность и авторитет ему принесла другая история.

Факел свободы

В конце 1920-х годов Эдвард Бернейс получил от крупнейшего американского производителя табачных изделий American Tobacco заказ на развитие рынка сигарет и продвижение торговой марки Lucky Strike.

Детально разобравшись в вопросе, он обнаружил колоссальный сегмент рынка, до этого времени практически не разработанный. Дело в том, что в то время курение женщинами сигарет считалось в обществе проявлением вульгарности и в высшей степени недостойным поведением.

В то же время в Америке росла волна феминизма, и Бернейс увидел в этом прекрасную возможность. Совместно с психоаналитиком Абрахамом Бриллом они определили, что женщин можно заставить  хотеть курить для того, чтобы таким образом выразить свой протест против мужского шовинизма в вопросах женского курения. Дело оставалось за немногим – необходимо было сделать сигарету символом свободы.

Основываясь на этой идее, 1 апреля 1929 года Эдвард Бернейс проводит в Нью-Йорке шествие, в котором женщины, протестуя против сексисткого запрета на курение, несли факелы, изготовленные в виде зажженных сигарет. Лицом движения Бернейс определил Руд Хейл, которая через газеты и радио обратилась к женщинам Америки и всего мира с призывом: «Женщины! Зажгите свой факел свободы! Боритесь с ещё одним сексистским табу!»

Так началась популяризация курения. На страницах журналов и в кинематографе кинодивы томно и с упоением затягивались дымом от сигарет, воткнутых в длинные мундштуки. Подкупленные врачи рассказывали о пользе курения для пищеварения, певцы делились тем, как курение положительно воздействует на голосовые связки. Образ курящей женщины становился стильным и модным, ассоциировался со свободой и романтикой.  Но, несомненно, – главным достижением было придание сигарете образа женской независимости.

Оседлав волну суфражистского движения и использовав для развития рынка табакокурения активисток, боровшихся за равные избирательные права, Эдвард Бернейс на практике показал как можно эффективно манипулировать сознанием населения целой страны. Сформировав нужным образом общественное мнение Бернейс открыл не только новые рынки сбыта, но и добавил компании American Tobacco несколько миллионов новых покупателей, принесших миллиарды долларов прибыли.

Комизм ситуации заключается в том, что именно Эдвард Бернейс, спустя немногим более 30 лет, был приглашен в «Движение по борьбе с курением и за здоровье» для проведения консультаций по формированию общественного мнения.

Что из этого вышло, мы знаем. Сегодня ВОЗ признает, что курение никак не вписывается в цели глобального благосостояния и теперь миллиарды долларов тратятся на то, чтобы пропагандировать вред курения.

Таким образом прослеживается устойчивая связь между управлением сознанием масс и колоссальными бюджетами.

После Второй Мировой войны слово пропаганда, стараниями фашистской Германии, приобрело негативный оттенок, а термин пиар, или public relations, стал все чаще употребляться в позитивной коннотации.

Лидер Мнений

Пол Лазарсфельд фото из Википедии

Чуть позже американский социолог, тоже австрийского происхождения, Пол Лазарсфельд (1901-1976) разработал модель двухступенчатой коммуникации, согласно которой в обществе всегда присутствуют люди, способные не только воспринимать политическую информацию, но и убедительно ретранслировать ее в своих кругах, приобретая статус лидера мнений (opinion leader).

В 1937 году фонд Рокфеллера финансировал так называемый Радио проект, во главе которого стоял Пол Лазарсфельд. Сначала в Принстоне, а потом в Колумбийском университете группа Лазарсфельда пыталась ответить на вопросы – почему люди слушают радио и как радио влияет на общественное мнение. Среди предметов их исследования были, в том числе, мыльные оперы, известные в то время как радиодрамы.

Пол Лазарсфельд был убежденным социалистом и искал эффективные способы донесения информации, возможности влиять на коллективное сознание и управлять общественным мнением. В своей книге «Эпизод из истории социальных исследований» он писал: «Борющаяся революция нуждается в экономике, победившая революция нуждается в инженерах, проигравшая революция обращается к психологии».

Интересно, что мама Пола Лазарсфельда – Софи Мунк – была ученицей венского психолога Альфреда Адлера (на курс, построенный на его учении, вы можете зарегистрироваться в школе Камертон.)

Мягкая сила

Джозеф С. Най фото из Википедии

Еще один важный термин – «мягкая сила» – принадлежит американскому политологу Джозефу С. Наю, разрабатывающему ряд направлений в рамках течения неолиберализма. Термин плотно вошел в оборот в середине 1980-х годов. Несмотря на то, что Най, говоря «soft power» имел в виду мягкую власть, термин, как правило, переводится и понимается именно как мягкая сила, подразумевая возможность добиваться цели путем вовлечения  и сотрудничества, основанного на взаимном интересе, симпатии и добровольном участии.

Иными словами от затратных и опасных технологий применяющих силу и запугивание предлагается переходить к плавной индоктринации нужных идей, максимально используя средства массовой информации, продукты массовой культуры и любые коммуникационные возможности, позволяющие активно формировать общественное мнение.

Мягкая сила, по Наю, состоит из трех ключевых компонентов:

  • культура,
  • ценности,
  • собственно политика.

Концепции «мягкой силы» предшествовала теория Культурного империализма, разработанная в 1930-х годах итальянским философом социалистом Антонио Грамши (1891-1937) и описанная им в Тюремных тетрадях, которые он вел, находясь в заключении на острове Устика. Теория культурного империализма предполагает искусственное  привнесение элементов одной культуры в другую. В истории можно найти великое множество примеров такой культурной экспансии.

Интересен факт, что уже в 1972 году в книге «Транснациональные отношения и мировая политика», Най выдвинул идею, что субъектами международных отношений могут быть не только государства.

 

 

Концепция Джона Дьюи

Джон Дьюи,
фото из Википедии

Джон Дьюи резко возражал против концепции Липпмана, говоря о том, что такая концепция опасна и может давать серьезные сбои, потому как созданные однажды механизмы могут быть применены и другими силами, в том числе, против элит.

Понимая необходимость управления демократическим большинством, он предложил создать другую конфигурацию взаимодействия с обществом, основывающуюся на следующих принципах:

  1. Граждане должны иметь доступ к достоверной информации
  2. Граждане должны уметь работать с этой информацией, оценивать ее и анализировать.
  3. Граждане должны иметь возможность свободно обсуждать информацию

Дьюи стоял на позициях важности образования и просвещения. Он выстраивал свой подход на том, что решение, принятое в результате квалифицированного и компетентного диспута более обоснованно и взвешенно, чем решение принятое узким кругом граждан.

Во второй половине ХХ века возникло направление коммуникативной философии, куда входили такие известные ученые как немецкие философы Юрген Хабермас, Карл Отто Апель (1922 – 2017),  Никлас Луман (1927 – 1998)  и их последователи.

Коммуникативная философия утверждает, что наша рациональность социальна, что мы можем решать сложные проблемы, принимать сложные вызовы если приучаемся к взаимодействию. Именно поэтому нужно создавать сети общения с вовлечением в них множества квалифицированных экспертов и интеллектуалов, всех, кто может быть зрелым, активным и способным принимать решения.

Концепция Дьюи, выступая против пропаганды как явления, говорит о том, что граждане должны быть непосредственно включены в демократию за счет вовлечения в процесс обсуждения и принятия решений.

Таким образом складываются два принципиально разных подхода:

  1. Уолтер Липпман: Иллюзорная демократии и поддержание иллюзии демократии.

Инструменты иллюзорной демократии:

  • Закрытость в принятии решений;
  • Безальтернативность точек зрения,
  • Пропаганда и манипуляция общественным сознанием
  1. Джон Дьюи: Подлинная демократия и поддержание подлинной демократии.

Инструменты подлинной демократии:

  • Достоверное информирование;
  • Зрелые и компетентные оценки событий
  • Широкое квалифицированное обсуждение.

Актуальность концепции Дьюи сегодня

Сегодня позицию Джона Дьюи представяет, например, американский политический философ  Майкл Дж. Сэндэл, говорящий о политике общего блага на основании дискуссий с гражданами и публичного обсуждения острых проблем.

В скандинавской школе позиция Дьюи поддерживается направлением философии, называемым «Северный секрет». Скандинавы последние несколько десятилетий практикуют обучение аналитике, аргументации и оценке информации. В городах и небольших населенных пунктах скандинавских стран организуются сообщества, где привлеченные специалисты обучают граждан этим умениям.

В 2005 году опубликованы результаты исследования, проведенного в Стэнфордском Университете, которые показали, что прогнозы, предоставленные ведущими интеллектуалами в области экономики, политики, культуры  не сильно отличались от прогнозов, сделанных обычными гражданами. Таким образом, исследование показало, что существующее мнение о значительной разнице в оценках эксперта и гражданина сильно преувеличено.

Если мы ретроспективно посмотрим на работу большинства экспертов, то увидим, что они не выполняли своего главного предназначения – анализа проблем и вызовов, поиска возможных решений, прорабатыванием моделей, которые помогут избежать опасностей.  А это значит, что проблемы загоняются в угол и будут появляться все новые и новые «черные лебеди», рождающие непредсказуемые ситуации.

 

Инструменты технологии манипуляции общественным сознанием

Книга немецкого философа-когнитивиста Райнера Маусфельда «Почему молчат ягнята»  рассказывает  о том, как демократические элиты и неолиберализм разрушают наше общество и наши основы жизни. Под ягнятами подразумевается безмолвное и инертное большинство.

На сегодняшний день технология манипуляции  оформилась в направление, которое можно назвать  менеджментом мнений, который имеет в своем арсенале ряд высокоэффективных инструментов управления коллективным сознанием и формированием общественного мнения.

 

  1. Мнение вместо фактов или подмена понятий. Замена использования проверенных фактов из надежных источников мнениям авторитетных специалистов, экспертов и лидеров мнений.
  2. Селекция и фрагментализация фактов. Разделение единой картины на множество дробных деталей лишает явление целостности и перегружает каналы восприятия информации большим количеством мелких и незначимых фактов.
  3. ДеКОНТЕКСТуализация фактов. Лишение фактов контекста, даже при том, что факты остаются подлинными, лишает возможности увидеть целостную картинку. Под контекстом следует понимать не только ситуацию, служащую фоном и существующую в тесной взаимосвязи с конкретными фактами, но и динамику, отражающую изменения во времени явлений, о которых идет речь. В соответствии с системным подходом и системным анализом только видение явления в динамике и полном проявлении его взаимосвязей дает возможность понять причинно-следственные связи и логику развития. Набор фактов без контекста позволяет придать явлению любую удобную трактовку.
  4. РеКОНТЕКСТуализация – создание нового контекста и замещение им старого, в результате чего интерпретация фактов может измениться на диаметрально противоположную.

Маусфельд и другие специалисты говорят о том, что такие техники индоктринации создают пространство слепоты, в котором под воздействием индоктринации человек не замечает вопиющих фактов нарушения элементарных понятий морали и справедливости.

Специфика подачи информации заключается также и в том, что от наблюдателя скрываются главные, узловые моменты событий, а внимание полностью сосредотачивается на дробных, второстепенных, но зато знакомых и понятных явлениях.

Деловой партнер Эдварда Бернейса, американский финансист и автор книги «Стандарты, которые мы устанавливаем» Пол Мазур говорил, что «Маркетинг – это продажа клиенту стандарта жизни».

Мазур высказывает мысль о том, что «мы должны переключить Америку с культуры потребностей на культуру желаний. Людей надо научить желать стремиться к новым приобретениям еще до того как удовлетворена старая потребность. Мы должны сформировать новую ментальность. Желания человека должны превосходить его нужды». Это распространенный экономический подход, у  которого есть два серьезных недостатка:

  1. Он фокусируется исключительно на прагматичной стороне вопроса.
  2. Он предлагается как безальтернативная система отношений.

 

Тихая революция элит

Немецкий публицист Юрген Тоденхёфер, в книге «Великое лицемерие» рассказывает о том, как политика и медиа предают наши ценности. Говоря о журналистике, он показывает, как существовавший раньше стандарт обзора нескольких точек зрения на одно событие, канул в небытие и теперь ведущие немецкие и американские СМИ излагают только одну консолидированную позицию.

Несмотря на то, что де-юре цензура отсутствует, де-факто – невозможно напечатать статью с точкой зрения, которая не совпадает с точкой зрения редакции. Это приводит к тому, что граждане теряют доверие к государственным источникам информации и обращают внимание на маленькие частные издания и блогеров – одиночек.

Тоденхёфер утверждает, что в конце 1960-х на Западе произошла тихая революция элит, результатом которой стала победа стратегии Липпмана. Это произошло на фоне усиления противостояния с Советским Союзом,  молодежных протестов 1968 года во Франции и Германии, с развитием социалистических идей в Западной Европе и антивоенными движениями в Америке. В этой ситуации нужно было сдерживать систему. Сдерживать не насильственно, но жестко.

Поэтому в 70-е годы круг тем, которые возможно было поднимать в СМИ резко сокращается. Все, что не входит в согласованную повестку объявляется маргинальным.

Тем не менее, мир стремительно левеет и происходит то, о чем предупреждал Джон Дьюи – созданные в соответствии с концепцией Липпмана технологии управления массовым сознанием переходят в руки других властных элит.

В 80-е и 90-е годы круг тем еще больше сокращается.  Маргинальными, безответственными и популистскими теперь называется все больше и больше тем, которые реально волнуют общество.

К власти приходит социалистически ориентированные политики, стремящиеся вывести политику на безальтернативные рельсы.  Герхард Шредер говорит, что нет экономики правой и левой, а есть плохая и хорошая. Тони Блэр также заявляет, что нет правых и левых политиков, а есть правильные и неправильные, а следом за ним эту идею подхватывает и Эмманюэль Макрон. Таким образом, уменьшение публичного информационного пространства совпадало с сужением круга политического истэблишмента и сокращением количества партий. Налицо уход от разнообразных идей и дискуссий в сторону однобокого и  безальтернативного взгляда на мир.

Official portrait of President Donald J. Trump

Несмотря на активную популяризацию и продвижение левых идей, в последнее десятилетие в Европе происходит создание новых правых партий, на выборах в США побеждает Республиканская партия во главе с Дональдом Трампом, в Венгрии приходит к власти Виктор Орбан и правоконсервативная партия Фидес, в Германии появляется ультраправая партия Альтернатива для Германии AFD, во Франции набирают силы правые партии – Патриоты и Объединение в поддержку Республики и движение Желтых Жилетов, в Польше выигрывает выборы правая консервативная партия Ярослава Качинського, Великобритания, не согласная с левой Европейской повесткой, выходит из состава Евросоюза.

Эти события показывают нам, что нарастающее недовольство приводит к прорыву замалчиваемых тем и формированию новой повестки, не смотря на то, что в мире, как никогда, сильны левые силы.

Изощренные методы влияния на общественное мнение приводят к тому, что люди начинают не замечать стен, выстроенных вокруг них. И мы сегодня часто сталкиваемся с ситуацией, когда та или иная идея замалчивается. Но замалчивается не потому, что это опасно, а потому, что многие уже не могут думать по-другому, поскольку в нас уже вложены определенные цепочки безальтернативной логики.

Милтон Фридман

И вот характерный пример. В исследованиях Маусфельда показано, что между демократией и свободным рынком существует глубинное противоречие. И это очень тяжело воспринимается, поскольку мы привыкли считать, что демократия и свободный рынок это части единой системы.

В книге «Почему молчат ягнята» цитируется американский экономист и нобелевский лауреат Милтон Фридман (1912-2006), который утверждает, что однажды установленная демократия неизбежно разрушит свободный рынок. Он видит серьезное противоречие между этими двумя понятиями, хотя в соответствии с индоктринированными нам идеями это вполне функционально связанные между собой вещи.

 

 

Что делать в создавшейся ситуации?

Хотя на сегодняшний день есть большие проблемы с прессой, тенденциозно и однобоко освещающей происходящие события, тем не менее, в разных странах публикуются книги серьезных ученых, в которых они излагают альтернативные взгляды на ситуацию в мире. Поэтому сегодня вновь возрастает роль именно книг, поскольку СМИ представляют, как правило, только одну согласованную и утвержденную позицию, а в интернете пока нет значимых ресурсов, которые представляли бы полноценные, компетентные, профессиональные и, что важно, надежно верифицированные научные труды. Однако, интернет стремительно развивается и одно из его сегодняшних несомненных достоинств заключается в том, что тут могут создаваться (и создаются (!) серьезные дискуссионные площадки.

Людям необходимо работать над собой. Именно этому учат курсы школы Камертон – развивать мышление, работать с информацией и фактами, расширять фоновые знания, уметь вести дискуссии, осваивать искусство аргументации и рационального рассуждения.

Возвращаясь, в этой связи, к подходу Дьюи в части просвещения широких слоев граждан, возникает вопрос –  а если люди не хотят этих знаний, если им хорошо и комфортно находиться в плену иллюзий? И если посмотреть на это с другой стороны – насколько, все же, реалистичным является утверждение, что у каждого можно выработать критический подход и потребность в аналитическом осмыслении действительности?

Может быть прав Липпман, вместе со многими, разделяющими его подход, интеллектуалами и заявляющими, что большинство научить невозможно по той причине, что оно просто не способно к этому?

Существует теория, что человечество случайно пришло к демократии. Запад, будучи монархическим и имперским,  не шел целенаправленно к демократической модели построения государства. Демократия случилась с миром в результате революций, конфликтов и непредвиденных ситуаций. Демократические институты совсем молодые и, если бы в результате цепочки трагических случайностей не разразилась Первая Мировая война, мир сегодня мог бы выглядеть совершенно иным образом.

Но, тем не менее, случилось то, что случилось, на планете установилась демократия, создавшая цивилизационную  ловушку, поскольку на самом деле не понятно – как поступать с инертным большинством, которое невозможно научить и  привести в ответственное гражданское состояние.

Если действительно  между людьми непреодолимо интеллектуальное, культурное, эмоциональное, образовательное  расстояние,  то мы должны как-то с этим считаться. Мы не должны жить в эмпиреях, а принять то, что есть. И тогда Липпман прав…

Но, возможно, между нами нет такого разрыва, как может показаться на первый взгляд? Может быть, с большинством просто не пытались эффективно работать?

Мы должны задуматься об этом и подключить, к примеру, знания антропологии, которые объясняют нам, что согласно человеческой природе каждый из нас в отдельности – слаб и склонен ошибаться, склонен чего-то не замечать или не понимать…

Задача, в соответствии с концепцией Дьюи,  выстроить сообщество, которое помогает человеку преодолевать слабости отдельной человеческой натуры и, через сотрудничество и взаимодействие, вывести человеческую цивилизацию на качественно иной уровень.

Концепция же Липпмана, напротив, паразитирует на этих слабостях и предлагает их использовать в интересах узкого элитарного клана.

Человеку свойственно ошибаться, мы всегда чего-то не знаем, у нас есть страхи, у нас есть различные, но ограниченные возможности. Так давайте строить такое сообщество, которое, учитывая наше несовершенство, будет пытаться его преодолевать на совместном поле взаимодействия – от политики до всех сфер социальной жизни. Для этого мы должны быть способны слушать друг друга, дискутировать, понимать логику друг друга, видеть чему научиться от собеседника,  быть открытым к тому, что он нам говорит.

Чем ближе мы будем к построению такого общества, тем меньше в жизни будет места для разных пропагандистских манипуляций.

Школа Камертон благодарна профессору А.О. Баумейстеру за его лекции, из которых почерпнуто много интересного и важного материала.

С ув,

МТ



Добавить комментарий

Школа Kamerton